cellspacing="0" border="0" width="100%" height="26" style="border:0px solid #262626;background:url('imgdown/lo-k.png');">
PDA STALKERA


Гость




СТАЛКЕР!
Я всегда рад видеть
еще одну живую душу!
Но я незнаю кто ты?



---

Список Сталкеров
Меню


Форма входа


Логин:
Пароль:
Поиск


Часы


Радио


Наш опрос


Оцените мой сайт
Всего ответов: 98
Друзья сайта



BannerFans.com Игры Звездной Вселенной Империя Ситхов Шпионская ФРПГ Transformers SpB-GodS™

Наша кнопка

STALKER
Статистика


Нажимаем на кнопочки!

Graffiti Decorations(R) Studio (TM) Site Promoter Каталог Ресурсов Интернет Rambler's Top100 Рейтинг Ролевых Ресурсов Ролевые игры

Украинская Баннерная Сеть
Добавить URL!

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
ФОРУМ - Зона Отчуждения » Ролевая игра » Био персонажей » Болотный Доктор
Болотный Доктор
BoBeRДата: Суббота, 26.09.2009, 12:34 | Сообщение # 1
Салага
Группа: Одиночки
Сообщений: 9
Награды: 1
Репутация: 2
Статус: В Большом Мире
Имя: Никому не говорит
Сталкерское Имя: Болотный Доктор

Из книги А. Калугина «Дом на Болоте»:

Первая научная экспедиция отправилась в Зону спустя четырнадцать месяцев после ее образования. К тому времени там уже вовсю хозяйничали банды и группировки, ставившие перед собой самые различные, чаще всего совершенно безумные цели и задачи. Одни считали Зону олицетворением вселенского Зла, которое необходимо уничтожить любым способом. Другие видели в ней величайшую из загадок мироздания. Третьи полагали, что Зона есть воплощение божественной сути, способной дать ответы на все вопросы, испокон веков смущавшие человечество, и заодно спасти его от гибели, которая непременно должна была наступить как результат всеобщего безрассудства. Четвертые просто рассчитывали чем-нибудь поживиться. Бродили по Зоне и сталкеры-одиночки, но их тогда было не так много, поскольку не существовало инфраструктуры в виде сети торговцев и перекупщиков, обеспечивавших существование тех, кто вытаскивал из Зоны полезные или же просто забавные игрушки. Военные из международного контингента сил поддержания порядка уже установили по периметру Зоны надежный кордон, и если и случались прорывы аномальной нечисти в незараженную зону, то их удавалось быстро локализовывать и ликвидировать в считаные часы.
Базу для первой экспедиции готовили военные сталкеры. Вертолетами к озеру Янтарь были переброшены сборные панельные домики и ящики с научным оборудованием. Провизию и воду должны были доставлять теми же вертолетами раз в неделю.
Охрану научного лагеря составил взвод военных сталкеров. И это было правильное решение. Первая попытка нападения на лагерь было предпринята ровно через двадцать два часа после прибытия основной партии груза. Это была банда, окопавшаяся в подвалах Мертвого города. Военные сталкеры уже не раз предпринимали попытки выбить их оттуда, но бандиты зарылись в землю, как кроты, так глубоко, что даже огнеметами выжечь их не удалось. Ранним утром около тридцати человек из банды Мертвого города напали на лагерь у Янтаря, который, по сути, представлял собой в то время просто склад под открытым небом. Они явно не ожидали встретить организованный отпор военных сталкеров. Оставив на поле боя дюжину трупов, бандиты отступили.
Научное оборудование, запасы провизии и медикаментов, а также костюмы высшей защиты, которыми пользовались ученые, представляли огромный интерес для обитателей Зоны. Поэтому в дальнейшем было предпринято еще несколько попыток нападения на научный лагерь, также закончившихся ничем, если не считать трупов нападавших. В конце концов даже самые отвязные головорезы уяснили, что соваться в научный лагерь не имеет смысла. Поживиться чем-то вряд ли удастся, а вот пулю схлопотать – это запросто.
С первой партией в лагерь на Янтаре прибыло двенадцать ученых. Это была международная экспедиция, и подготовке ее участников было уделено особое внимание со стороны всех заинтересованных ведомств. Каждый участник экспедиции был специалистом в своей области, выдержавшим нешуточный конкурс и убедившим отборочную комиссию, что он лучший из всех, кто подал заявку на разработку научного проекта по исследованию Зоны. Каждый прошел серьезную двухнедельную подготовку в военном лагере, где получил навык обращения с холодным и огнестрельным оружием. Каждый знал несколько языков. Каждый прошел тест на психологическую совместимость. Каждый был уверен в себе на сто двадцать два процента.
Среди участников экспедиции был специалист в области общей биологии и по совместительству врач экспедиции – тот, кого позже будут называть Болотным Доктором. Тогда его называли по-разному – «доктор», «док», «коллега», «уважаемый», а случалось, что и по имени. Вот только имя его давно уже всеми было забыто. Поэтому и нам не остается ничего другого, как только называть его Доктором.
Доктор был молод, коротко стрижен, улыбчив и жизнерадостен. И так же, как и все остальные, плохо представлял, зачем прибыл в Зону. Все заявки на научные исследования писались настоящими учеными, прекрасными специалистами в своих областях, ни один из которых понятия не имел, с чем ему придется столкнуться за колючей проволокой. Но, несмотря на то что график работ полетел к черту на третий же день, работа закипела. Зона предоставляла исследователям богатейший материал, на котором можно было защитить не одну докторскую диссертацию. А уж о научных статьях и монографиях и говорить нечего.
Доктор поначалу взялся было за систематизацию местной фауны. Военные сталкеры приносили ему мелкую дичь, которую удавалось подстрелить во время патрулирования окрестностей лагеря. Доктор фотографировал трупики, измерял, взвешивал, препарировал и тщательно описывал, присваивая каждому новому виду соответствующее научное название. Судя по тому, что ни одному из вновь открытых видов он не присвоил своего имени, особым тщеславием Доктор не отличался. А вот работоспособность у него была феноменальная. Когда к исходу второй недели, – тогда еще мало кто догадывался отсчитывать время от выброса до выброса, – число описанных видов перевалило за тысячу, Доктор понял, что работает впустую. Изменчивость видов в Зоне была настолько высока, что новые появлялись быстрее, чем Доктор успевал их описывать. А военные сталкеры, как ни просил их Доктор, ни разу не смогли принести ему хотя бы двух зверьков, которых, не кривя душой, можно было бы отнести к одному виду. Принцип систематизации животного мира, предложенный еще Линнеем без малого три века тому назад и за все это время не давший ни одного серьезного сбоя, в Зоне не действовал.
Потерпев неудачу с систематизацией, Доктор решил переключиться на изучение поведения порожденных Зоной существ в местах их привычного обитания. Его интересовали в первую очередь антропоморфные существа, такие как зомби, кровососы, изломы, бюреры, контролеры. Если судить по рассказам военных сталкеров, которые все как один были большими охотниками травить байки про Зону и ее обитателей, все эти существа обладали присущими только им одним сверхъестественными способностями. Однако когда вопрос заходил о том, обладают ли они хотя бы зачатками разума, сталкеры только плечами пожимали. И глядели при этом куда-то в сторону.
Позже, в беседе с глазу на глаз, один из них объяснил Доктору:
– Нам регулярно приходится проводить зачистку местности, отстреливая всех встречающихся на пути монстров. Поэтому мы даже не задаем себе вопроса, разумны ли те, в кого мы целимся. Иначе это могло бы превратиться в хладнокровное убийство. Такое не всякая психика выдержит.
Доктор обсудил план своей новой работы с научным руководителем экспедиции. Тот обсудил его с командиром взвода военных сталкеров. Командир дал «добро», при условии, что Доктора во время вылазок будет сопровождать один из его подчиненных.
Он же и представил Доктору спутника:
– Сержант Алеев. Если он хотя бы раз доложит мне, что вы его ослушались или даже просто не слишком проворно выполнили его команду, все ваши прогулки в Зону прекращаются. Я ясно выражаюсь?
– Да куда уж яснее, – с серьезным видом ответил Доктор.
Он и не собирался нарушать установленный порядок, прекрасно понимая, что сержант Алеев не в пример лучше его ориентируется в том, что происходит вокруг. К тому же сержант оказался совсем неплохим малым. Уяснив, чем именно хочет заняться Доктор, он предложил для начала сосредоточиться на кровососах и зомби.
– Бюреры живут в глубоких норах, до них просто так не доберешься, – объяснил свой выбор сержант Алеев. – К тому же эти карлики обладают способностью наносить психокинетические удары. Такие, что мало не покажется. За контролером всегда ходит толпа всякой живности – псевдогиганты, четырехухие кабаны-мутанты, те же зомби порой увязываются. Излом так и вовсе тварь хитрая. Кто-то говорит, что он мысли читает. В любом случае подкрасться к нему незамеченным очень трудно. А вот зомби – прекрасный объект для наблюдений. С кровососами посложнее будет. Они так быстро двигаются, что порой вроде как невидимыми становятся.
На следующий день, загрузив в предоставленный им джип весь инструментарий, необходимый для наблюдения за дикими животными в среде их естественного обитания, Доктор и сержант Алеев отправились в Припять.
Доктор был в восторге! Заброшенный город кишмя кишел зомби. Живые мертвецы ходили по улицам, собирались группами, присаживались в тени развалин, клали друг другу руки на плечи, при этом издавали самые разнообразные звуки – одним словом, вели себя как самые настоящие общественные животные. Поначалу исследователи наблюдали за зомби издалека, используя оптику и акустические приборы. Алеев рассказывал то, что ему было известно об обитателях Припяти, а Доктор внимательно слушал. На третий день Доктор предложил подобраться к объектам наблюдения поближе. Алеев не возражал, но при этом настоял на том, чтобы Доктор помимо научных приборов всегда имел при себе автомат.
К исходу первой недели расстояние между зомби и теми, кто наблюдал за ними, сократилось до десяти метров. Алеев, включившийся в работу с не меньшим энтузиазмом, чем Доктор, с готовностью признал, что за шесть дней его представления о зомби в корне изменились. Вовсе они не такие уж тупые и кровожадные твари, какими представлялись сержанту прежде. И тем не менее, когда Доктору удалось записать несколько слов, произнесенных зомби, Алеев наотрез отказался признать это осмысленной речью.
– И попугаи умеют за человеком слова повторять. И вороны, и галки. Я даже слышал, что какой-то тип своего дога разговаривать научил. Да только как были они тварями неразумными, так ими и остались! – сказав это, Алеев решительно взмахнул рукой, разом отсекая все возражения, какие только могли последовать со стороны Доктора.
А Доктор и не думал спорить – у него уже появилась другая идея. Когда они с сержантом Алеевым, спрятавшись за грудой строительного мусора, наблюдали за живыми мертвецами, Доктор несколько раз ловил на себе взгляды проходивших мимо зомби. Некоторые из них даже останавливались и потягивали носом воздух. Доктор не знал, что обладающие феноменальным обонянием зомби давно уже приметили место, где прятались наблюдатели. Ну, а поскольку ни вреда от них, ни пользы не было никакой, обитатели Припяти не обращали на них особого внимания. Прежде не обращали. Теперь же они учуяли запах распечатанной пачки галет, что лежала в кармане маскировочного халата Доктора.
Доктор заметил интерес зомби к себе, но истолковал его иначе. Он решил, что живые мертвецы обратили внимание на существо, которое они, вероятно, видели уже не первый раз, похожее на них и при этом не проявляющее никаких агрессивных намерений. Доктор намеренно несколько раз высунулся из укрытия, чтобы зомби могли как следует его рассмотреть. Зомби видели его, но не пытались атаковать. После этого у Доктора появилась гипотеза, которую ему не терпелось проверить. Но для этого нужно было избавиться от сержанта Алеева, которого никакие доводы не могли убедить в том, что в науке порой следует наплевать на правила безопасности и делать то, что считаешь нужным, иначе не быть тебе победителем.
Воспользовавшись каким-то незначительным предлогом, Доктор отослал Алеева к джипу. Как только не подозревающий подвоха сержант скрылся из виду, Доктор положил автомат на камни и поднялся в полный рост. Двое зомби, проходившие мимо развалин, в которых устроили свой наблюдательный пункт сержант и Доктор, остановились и тупо уставились на человека. Что было у них на уме – поди угадай. Доктор улыбнулся, показал мертвецам пустые руки и медленно, стараясь не делать резких движений, пошел в их сторону.
Зомби что-то невнятно забубнили. Один из них нервно переступил с ноги на ногу. Другой погладил ладонью живот.
– Я – друг, – улыбаясь, произнес Доктор. – Я… – Доктор осекся, не зная, как лучше отрекомендоваться. – Я – Доктор… – Он сделал еще два шага вперед. – Вы меня понимаете?
Последнюю фразу он произнес просто так, на автомате, не ожидая ответа, а потому оторопел от изумления, когда один из зомби медленно произнес:
– Я – понимаю. Этот, – зомби ткнул кулаком в плечо того, что стоял с ним рядом. – Он не понимает. Просто жрать хочет.
Замечание насчет еды несколько поубавило подвижнический энтузиазм Доктора. Он понял, что не желает оказаться главным блюдом на празднике живота живых мертвецов. Даже во имя науки.
– А… Почему он не понимает? – Доктор кивком указал на молчаливого зомби.
– Он давно уже такой, – ответил его спутник. – А я недавно.
– Недавно – что? – не понял Доктор.
– Недавно ожил, – ответил зомби и снова почесал выпирающий из-под разорванной рубашки без пуговиц раздутый живот.
Его приятель что-то невнятно забубнил.
– Чего это он? – спросил Доктор.
– Жрать хочет, – ответил разговорчивый мертвец.
Доктор быстренько перебрал в уме все, что ему было известно о зомби. Главным источником информации, понятное дело, были киноужастики. Если исходить из меню живых мертвецов, представленного в фильмах, получалось, что, не идя на серьезные жертвы, Доктор вряд ли мог угостить чем-то своих новых знакомых.
– А… – Он все же решил сделать попытку: – Чем вы питаетесь?
– Всем, – ответил разговорчивый.
Молчаливый согласно кивнул.
Из-за угла трехэтажного здания с обвалившимися балконами появился еще один живой мертвец и уверенно зашагал в сторону собирающейся компании.
– Но нерегулярно, – добавил разговорчивый.
– Понятно, – угрюмо кивнул Доктор, который уже начал подумывать, не вернуться ли туда, где он оставил автомат.
– Вкусно пахнет, – издалека подал голос третий зомби. И, указав рукой на Доктора, уточнил: – От тебя.
Доктор обернулся, чтобы посмотреть, не видать ли Алеева.
Но сержанта, как назло, не было. Видно, он задержался у джипа, чтобы перекурить. В укрытии Доктор не позволял ему курить, опасаясь, что табачный дым привлечет внимание зомби.
– Вкусно пахнет, – повторил вновь подошедший зомби, шумно потянул носом воздух, сладостно причмокнул и полез на кучу строительного мусора, на которой стоял Доктор.
– Эй, постой! – окликнул его Доктор. – Нам еще есть о чем поговорить!..
Он сделал шаг назад. Каблук соскользнул с неровного камня, и Доктор как стоял, так и сел, продолжая таращиться на приближающегося к нему самого решительного зомби, следом за котором двинулись и двое других.
Все происходило, как в кошмарном сне. Доктор понимал, что нужно сначала заорать во всю глотку, чтобы Алеев услышал, затем вскочить на ноги и попытаться добежать до автомата. Но он не мог ни крикнуть, ни двинуться с места, как будто что-то парализовало его волю.
Тем временем зомби запрыгнул на самый верх мусорной кучи. Вторым прыжком он преодолел расстояние, отделявшее его от человека.
– Не надо, – предупредил его Доктор. – Слышишь, не делай этого…
Зомби схватил Доктора в охапку и легко поставил на ноги.
– Вкусно пахнет, – еще раз повторил он и принялся обыскивать Доктора.
Делал он это в высшей степени профессионально – не иначе как в прошлой жизни был милиционером. Четыре секунды – и зомби уже счастливо улыбался, держа в кулаке начатую пачку галет из армейского рациона.
– Тебе это было нужно? – удивленно уставился на мертвеца Доктор.
– Вкусно, – полушепотом произнес зомби, после чего двумя пальцами аккуратно достал из пачки галету, сунул ее в рот и довольно захрустел.
Доктор почувствовал такую легкость в душе, что, казалось, оттолкнись он сейчас носками сапог от земли, и точно взлетел бы к небесам, как наполненный гелием воздушный шарик. Он не успел увидеть светящийся туннель, но в принципе уже понимал, что чувствуют люди, вернувшиеся с того света. И даже мог описать это словами. Но сейчас главным для него было не это, а контакт с зомби. Которые, кстати, тоже вернулись из царства мертвых, только претерпели при этом определенные изменения.
– Дай сюда! – Доктор решительно выхватил из рук живого мертвеца пачку галет.
Зомби недовольно заурчал.
– Я просто хочу поровну поделить галеты между всеми, – объяснил свое поведение Доктор.
Недовольное урчание зомби стало громче и злее. У Доктора даже появилась мысль, не допустил ли он ошибку, пытаясь наладить справедливое распределение пищи в обществе, не обремененном моральными нормами? Но в этот момент подоспели двое других зомби и оттеснили недовольного конкурента. Доктор улыбнулся и одарил каждого галетой.
Вернувшийся с некоторым опозданием сержант Алеев изумленно приоткрыл рот, увидев Доктора, стоявшего в окружении десятка живых мертвецов, которые, судя по всему, души в нем не чаяли.
– А, сержант! – заметив Алеева, махнул рукой Доктор. – Я хочу попросить вас об одной услуге. Будьте добры, принесите пару пачек галет. Лучше три… Вообще, тащите все, что есть!
Так был установлен первый контакт с зомби, оказавшимися вовсе не такими дикими и злобными, как о них думали раньше. В их обществе даже существовали зачатки какой-то своей, ни на что другое не похожей культуры, изучение которой могло привести к пониманию того, как сами зомби представляют себе свой жизненный путь. Кем они себя считают – особой разновидностью людей или чем-то совершенно иным? Знают ли они, откуда пришли?
В общем, было чем заняться. Вот только добившись быстрого успеха с зомби, Доктор вскоре переключился на новый объект исследований. Нельзя сказать, что он утратил интерес к зомби. Эти малоизученные существа по-прежнему вызывали у него удивление и восторг исследователя. Но, совершив нечто такое, что прежде считалось невозможным, он хотел двигаться дальше, к новым открытиям. Другой бы на его месте, конечно… Впрочем, что говорить о других, если речь идет о Докторе. Он искал самородки, а не мыл золотой песок.
Доктор решил заняться изучением контролеров.
Сержант Алеев сказал:
– Не стоит.
Научный руководитель задумчиво произнес:
– Не думаю, что это верное решение…
Командир взвода охраны научного лагеря сказал научному руководителю экспедиции:
– Ваш Доктор, должно быть, свихнулся!
Сержант Алеев предложил:
– Давайте займемся кровососами, Док! Забавные твари!
– Чем же они такие забавные? – недовольно проворчал Доктор.
– Ха! – широко взмахнул рукой Алеев. – Да один зачуханный кровосос даст сто очков вперед десятку ваших зомби! Запросто!
– Это как же понимать? – заинтересовался Доктор.
– А вот как хотите, так и понимайте, – загадочно сверкнул восточными глазами сержант Алеев, чем окончательно покорил Доктора.
И через два дня, сразу после очередного выброса, они отправились на заброшенные армейские склады, где, по имеющейся у военных сталкеров информации, обосновался выводок кровососов.
– Штук пять, не меньше, – уверял Доктора рядовой Горенко. – Один вообще здоровущий, матерый. Он у них вроде как за главного. – Сообразив, что допустил ошибку, наделив кровососов элементом антропоморфного мышления, Горенко быстро поправился: – Вожак, одним словом, стаи.
Дорога была не близкой, поэтому, чтобы не мотаться из конца в конец, Доктор договорился, что они с сержантом вернутся в научный лагерь к очередному выбросу. Шесть дней им предстояло провести вблизи армейских складов, наблюдая жизнь кровососов.
В багажник машины было загружено все необходимое, включая недельный рацион на двоих, полевую рацию со спутниковой антенной, которая работала даже на территории, где ПДА захлебывались радиацией, палатку, которую в случае необходимости можно было герметизировать изнутри и перейти на кислород из баллонов, охранный контур, рассчитанный на десятиметровый периметр, а также небольшой арсенал автоматического оружия, способного даже в отсутствие хозяев превратить палатку в неприступную крепость, обеспечивая прикрытие не только по периметру, но и с воздуха.
Сначала они часа три ехали грунтовой лесной дорогой. Последний раз ею пользовались, наверно, лет десять назад. А то и больше. Две глубокие колеи поросли травой и кустарником. Местами стоячие, затянутые плотным слоем ряски лужи скрывали дорогу, будто густой зеленый ковер. Проехав полем, мимо поваленных мачт высоковольтной линии, джип оказался в заброшенной деревне. Дома с покосившимися крышами смотрели по сторонам темными глазницами окон. Почти все изгороди были повалены. Фруктовые деревья и кусты, прежде загнанные в клети приусадебных участков, теперь без удержу разрастались куда вздумается. То ли радиация после взрыва четвертого энергоблока Чернобыльской АЭС, то ли аномальные выбросы из центра Зоны, а может быть, и то и другое вместе, поработали над деревьями так, как ни одному мичуринцу не снилось. Доктора особенно поразили деревья, выглядевшие так, будто их сожгли из огнемета, однако, присмотревшись, можно было заметить крошечные чешуйки-листики, плотным слоем покрывавшие казавшиеся голыми стволы и ветки. Встречались деревья, стелившиеся по земле и так истово заламывавшие ветви, словно их удачно скрестили с рахитичными карельскими березками. Другие же цвели себе и плодоносили с такой неистовой силой, словно лучшего места для этого, кроме как радиационные поля, на которые периодически накатываются волны аномальной энергии, просто невозможно придумать. Сочные груши и наливные яблочки так и просились в рот, а виноградные грозди были похожи на искусно выполненные муляжи, – ну, не бывает на самом деле, чтобы все ягодки были одна к одной, крупные, спелые, сочные. Вот только что будет с тем, кто такую ягодку отведает? Может быть, и ничего, а может, что-то пострашнее смерти.
Обогнув дикие заросли, некогда бывшие фруктовым садом, джип выехал на разбитый проселок.
– Почти приехали, – Алеев взглядом указал вперед. – За теми холмами.
Доктор молча кивнул. Дорога утомила его. Он не любил ездить и сам машину не водил. Даже ни разу не пытался научиться. А потому предпочитал ходить пешком.
Уже почти поднявшись на холм, машина неожиданно резко затормозила и замерла на месте.
– Ч-черт!
– Что случилось?
Алеев постучал двумя пальцами по дисплею на приборной доске.
– Детектор аномалий вырубился.
Он снова постучал по дисплею. Дисплей на секунду вспыхнул, мигнул и тут же погас.
– Ч-черт!
– И что теперь?
– Без детектора мы все равно что слепые на минном поле. Влетим в аномалию и кирдык.
– Н-да, – Доктор нервно постучал ногтями по металлической раме. – Далеко еще?
– Километра два. Если подняться на холм, то склады будут видны… Ч-черт!
Алеев развернулся, встал коленями на сиденье и полез в багажное отделение джипа.
Доктор, покусывая губы, продолжал стучать ногтями по раме. Надо же, незадача какая… Так близко, и – на тебе!.. Обидно…
Алеев вытащил из багажного отделения ящик полевой рации, установил на сиденье и начал разворачивать антенну.
– Что ты собираешься делать? – спросил Доктор.
– Надо связаться с лагерем. Пусть пришлют еще один джип.
– Он приедет только завтра под утро.
– Нет, – качнул головой сержант. – Завтра к вечеру. Командир не станет отправлять машину в ночь.
– А мы что же, здесь заночуем? – возмущенно всплеснул руками Доктор.
– А чем вам место не нравится? – улыбнулся Алеев. – Разобьем лагерь, поставим палатку…
– Мы целый день потеряем!
– Ну, тут уж ничего не попишешь.
Алеев перекинул клавишу питания рации в рабочее положение и принялся вращать верньер настройки.
Доктор протянул руку и, ударив по клавише пальцем, выключил рацию.
– Что? – удивленно посмотрел на него сержант.
– Не надо торопиться, – сделал успокаивающий жест Доктор. – Все равно, как ты сказал, машина с подмогой сможет выехать только утром.
– Я должен доложить о случившемся, – Алеев снова потянулся к клавише.
– Постой, – схватил его за запястье Доктор. – Ты же сказал, что нам недалеко.
– Нет, Доктор, – покачал головой сержант. – На себе мы все оборудование не перетаскаем. К тому же нет никакой гарантии, что, двигаясь пешком, мы не влетим в аномалию.
– Но есть же какие-то способы…
– Есть. Сталкеры болты кидают. Семь из десяти аномалий с помощью болта можно вычислить. Но я не хочу даже тридцатипроцентного риска.
– Обидно, – развел руками Доктор.
– Согласен, – кивнул Алеев.
– Неужели у нас нет запасного детектора?
– Если бы был, тогда бы и проблемы не было.
Доктор посмотрел на ослепший дисплей.
– Когда ты последний раз снимал показания?
– Не помню, – пожал плечами сержант. – Минут пять назад… Или около того.
О появлении аномалии на пути следования детектор извещал звуковым сигналом, поэтому водителю не нужно было постоянно смотреть на дисплей.
– Когда ты смотрел на него последний раз, никаких аномалий поблизости не было?
– Как будто нет, – не очень уверенно ответил сержант.
– Ну, так поехали! – указал вперед Доктор. – Мы уже почти у цели!
– Рискованно, – с сомнением качнул головой Алеев. – А что, если…
– Ничего не случится, – прижав руку к груди, заверил его Доктор. – Тихонечко докатим до вершины, потом спустимся с холма, выберем место для лагеря, поставим палатку. А вот тогда уже и свяжемся с лагерем – пусть высылают помощь.
Сержант Алеев озадаченно потер пальцами подбородок. Нет, вовсе не слова Доктора заставили его призадуматься. Сержанту и самому казалось, что риск проехать пару километров без детектора аномалий минимальный. Но он был военным и привык выполнять приказы. А инструкция, полученная от командира, требовала незамедлительно сообщать о любых, даже самых незначительных происшествиях. С другой стороны, незамедлительно уже не получилось. К тому же Доктор, хотя и не старше его по званию, – скорее всего, у него вообще нет никакого воинского звания, – тем не менее является в их группе старшим. И раз уж он готов взять всю ответственность на себя, так почему бы не попробовать?
В то время внутри Зоны уже начала складываться своя мифология. Один из мифов гласил, что у человека, пробывшего в Зоне достаточно долгое время, вырабатывается так называемое «чувство Зоны», позволяющее почти точно определить степень риска в той или иной ситуации. Сержант Алеев уже больше года служил в Зоне. И он, как на грех, верил всем ее мифам.
– Хорошо, – сказал он, застегивая рацию. – Если вы, Док, берете на себя ответственность…
– Беру, – не дослушав, кивнул Доктор.
– Хорошо, – Алеев поставил ногу на педаль газа. – Едем.
Армейские склады представляли собой несколько больших серых трех-четырехэтажных строений, расположенных внутри обнесенного бетонным забором периметра. Впрочем, от забора мало что осталось. Да и корпуса выглядели как после хорошей бомбежки. Доктор смог рассмотреть все это, когда машина поднялась на вершину холма.
– Старые армейские склады, – объяснил сержант Алеев. – Почти все оружие с них вывезли. Так, всякий хлам остался. Одно время на складах обосновались представители какой-то религиозной группы, – как уж они пробрались в Зону, одному богу известно. Веселые были ребята. Песни пели, странные такие, заунывные, под звон колокольчиков, по ночам вокруг костров танцевали. И еще свободную любовь исповедовали. Ну, то есть женщины у них были общими. А потом их отсюда кровососы выжили.
– И куда же делись эти веселые ребята? – поинтересовался Доктор, чтобы разговор поддержать.
– Кто их знает, – дернул плечом Алеев. – Кого-то кровососы загрызли. Несколько человек до кордона добрались – решили уйти из Зоны. Остальные, по слухам, подались глубже в Зону. Там у них теперь какая-то полувоенизированная группа. Отстаивают, так сказать, свои идеалы с оружием в руках. Ну да ничего, рано или поздно мы до них все равно доберемся!
– Доберетесь, и что?
Сержант задумался.
В самом деле, и что тогда?
Найти ответ он не успел. Воздух вдруг наполнился пронзительным звоном. Доктору показалось, что на него пахнуло горячим воздухом пустыни. В следующую секунду это был уже огненный смерч. Что-то с силой ударило в днище машины. Джип взлетел в воздух и уже на лету получил еще один удар, швырнувший его в сторону.
Все происходило, как в замедленном кино. Протяжно и громко закричал сержант Алеев. Доктор хотел было повернуть голову в его сторону, но в этот момент лобовое стекло будто взорвалось. Горсть мелких осколков полетела ему в лицо. Доктор отпустил раму, за которую держался левой рукой, и попытался прикрыть лицо ладонью. Но стеклянные брызги летели быстрее, чем двигалась его рука. Первый осколок, точно лезвие, скользнул по щеке. Другой ударил в лоб. Тело Доктора начало странно переворачиваться, как будто он оказался в состоянии невесомости. Но на самом деле это машина перевернулась вверх дном. Доктор попытался снова ухватиться рукой за раму, но по руке что-то больно ударило. Доктор закричал и полетел вниз.
Вниз. Вниз. Вниз.
Казалось, падение будет бесконечным.
Доктор падал в темный колодец, у которого не было дна. Вернее, ему казалось, что он падает в темный бездонный колодец. На самом же деле он провалился в беспамятство.
Он пришел в себя от холода и страшной боли, разламывающей голову, точно неумелый взломщик, фомкой ковыряющий сейф. Вокруг было темно. Но это был уже не влажный мрак беспамятства, а холодная ночная тьма. Лежа на спине, Доктор видел плывущие над головой звезды. Куда они плыли? Да кто ж их разберет! Звездам вообще положено не плыть неизвестно куда и зачем, а оставаться на одном месте, будто гвоздикам, вбитым в небосвод.
Опершись на локоть, Доктор приподнял тяжелую, как чугунное ядро, голову. Слева, метрах в тридцати от него, догорал остов джипа. В рыжих отсветах пламени метались неясные тени. Что это было? Живые существа или призраки, порожденные воспаленным сознанием? Как бы там ни было, Доктор не почувствовал испуга. Должно быть, потому, что подсознательно все еще продолжал считать себя мертвым. А что может напугать мертвеца? Разве что перспектива вернуться к жизни с условием полностью отработать свою карму. Вот уж чего и врагу не пожелаешь.
Итак, ситуация.
Зона.
Ночь.
Оружие…
Доктор провел рукой по поясу. Оружия нет. Как обычно, в машине он снял ремень с кобурой и кинул его назад. Кобура, видите ли, ему мешала. А что теперь?..
Итак, все сначала.
Зона. Ночь. Оружия нет. Связь…

ЧАСТЬ ВТОРАЯ - http://stalkergamer.ucoz.net/forum/17-311-1406-16-1253954168

Сообщение отредактировал BoBeR - Суббота, 26.09.2009, 12:37
 
ФОРУМ - Зона Отчуждения » Ролевая игра » Био персонажей » Болотный Доктор
Страница 1 из 11
Поиск:



solid #262626;">
Авторское право на игру и использованные в ней материалы принадлежат GSC Game World.